Давид (david_2) wrote,
Давид
david_2

Categories:

"Мимо тещиного дома я без шуток не хожу" - часть II

Часть I: http://david-2.livejournal.com/426708.html


The New York Times:

JERUSALEM, June 29

Mr. Begin confirmed reports that he had received two telegrams from Moscow asking Israel to avoid hitting the Soviet Embassy in Beirut. He replied, ''We have no interest in harming the Soviet Union; we won't harm it and we won't harm any embassy.''


Протоколы Кнессета:

103-е заседание Кнессета десятого созыва, 29 июня:

"Премьер-министр М. Бегин:

За последние три недели я получил две ноты из Москвы через финское посольство, и обе они были посвящены советскому посольству в Бейруте. Я ответил. Как были написаны ноты, так я и ответил. Они были неподписаны, они были неадресованы, но ответ был не провокативный. У нас нет никакого интереса провоцировать Советский Союз. Между нами есть коренные различия относительно жизненного устройства, но это великая держава, мы не хотим ее провоцировать. Мы не задевали советское посольство, ни до первой ноты, ни до второй ноты. Мы не будем его задевать, мы не будем задевать никакое посольство. Всё было по ошибке, и так мы спокойно объяснили Советскому Союзу".



The New York Times:

SOVIET EMBASSY HEAVILY DAMAGED BY ISRAELI SHELLS

BEIRUT, Lebanon, July 7

Several buildings in the Soviet Embassy compound were heavily damaged during the Israeli shelling of west Beirut on Tuesday night.

It was the second time the compound had been hit since Israel invaded Lebanon a month ago. The Soviet Government criticized Israel for the shelling and said Moscow ''cannot be indifferent to what is going on in the Middle East.''

The compound, occupying an entire block between two narrow streets off Corniche Mazraa, one of west Beirut's main thoroughfares, has a Syrian Army encampment next to it.

Blasts from shells that fell into the complex blew out the windshields and windows on 13 Soviet-made Syrian Army trucks parked outside the embassy compound. It was not possible to see whether the Syrian encampment, behind a concrete wall, had also been hit.

Eighteen Cars Are Damaged

Eighteen cars belonging to embassy staff parked either inside the compound or on the street outside were damaged by shrapnel or falling masonry. Damage within the compound was extensive, although no injuries were reported.

A three-story embassy staff clubhouse took a direct hit on the first floor that set the building on fire. Two other shells ripped into apartments on the upper floor of an adjacent building used as staff quarters.

Three shells caused similar damage to a 10-story building on the other side of the narrow street. The building housed the embassy commercial section on the first two floors and staff apartments on the upper floors.

The embassy's Second Secretary, Nikolai Perfidov, who took reporters on a tour of the damaged compound, said Israeli shells, rockets and cluster bombs struck the compound in the nightlong heavy shelling.

None of the 80 embassy staff members were injured, Mr. Perfidov said. ''We spent the whole night in the basement as shells kept crashing into the compound all night,'' he added. ''Be careful where you step. The place is full of cluster bombs.''

On a table in the embassy's main entrance Soviet diplomats had laid out a large collection of shrapnel from the barrage that hit the compound. These ranged from pieces of two-foot-long 155-milimeter artillery shells to the little bomblets that are shot out of cluster bombs on impact. ---

No Denial From Israelis

TEL AVIV, July 7 (AP) - The Israeli command here did not specifically deny that Israeli shells might have struck the Soviet compound in west Beirut, but it said, ''We don't aim at foreign embassies.''


Александр Солдатов, "В воюющем городе":

"Иностранные военные специалисты в свое время не раз сообщали в прессе, что израильская армия в ходе боев в Ливане «опробовала» многие виды нового вооружения и боевых средств — артснарядов, авиационных бомб и др. Например, против жилых кварталов авиация применяла так называемые «вакуумные бомбы». В результате взрыва одной такой бомбы полностью рушился даже большой многоэтажный дом, а все жильцы погибали. В районе набережной Рауши так было уничтожено несколько домов, и в каждом погибало сразу по 100 — 150 мирных жителей. Израильская артиллерия широко использовала «фосфорные» и кассетные бомбы, полученные от США. Последние представляли собой особенно варварское средство. Они наполнялись небольшими снарядами наподобие детских игрушек, которые при взрыве основного снаряда разлетались на большое расстояние. Сад советского посольства после артиллерийских обстрелов, бывало, полностью оказывался засыпан такими смертоносными снарядами. Только бдительность одного из наших административно-технических работников спасла нас от большой беды, когда впервые были использованы против нас такие «игрушки»".


The New York Times:

BEIRUT, Lebanon, July 26

Israeli warplanes attacked Palestinian controlled neighborhoods in west Beirut today for the fifth consecutive day, knocking out what appeared to be a major guerrilla underground ammunition dump.

For the last three days Israeli planes have been concentrating their bombing on a dirt field behind Beirut's once-fashionable Spinney's department store, in the seafront Ramlet el Baida neighborhood. Today it became clear why.

Streaking out of a clear afternoon sky, the Israeli jets scored three direct hits on what must have been a large ammunition cache buried behind Spinney's and only a few hundred yards from the Soviet Embassy. It continued to explode, shooting out rockets and bullets in all directions, for at least 90 minutes after the bombs hit. A column of gray smoke spiraled out of the exploding dump and hung over the southern suburbs for much of the afternoon.


Олег Гриневский, "Сценарий для третьей мировой войны":

"Не успели Огарков и Ковалев покинуть Дамаск, как рано утром 1 августа Израиль начал новое массированное наступление против палестинцев в Бейруте. Сирийцы снова остались в стороне и снова молили о помощи палестинцы.

«Израильский агрессор сегодня утром начал наступление на Бейрут со стороны аэропорта и со стороны моря, — уже в который раз писал Арафат советскому генсеку. — Я обращаюсь к товарищу президенту Брежневу в этих опасных и трудных условиях перед опасностью уничтожения палестинцев и ливанцев. Обращаюсь к Вам за помощью — прекратить огонь, спасти Бейрут и его жителей. Наш народ, наши бойцы не забудут товарища Брежнева, друга палестинского народа, и дружественный советский народ и его поддержку палестинскому народу. Революция до победы!»

Советское посольство просило срочно пододвинуть к Бейруту 2–3 советских военных корабля «в порядке предупреждения Израилю и на случай чрезвычайной обстановки для советского коллектива» в Ливане.

И в Кремле, в Ореховом зале снова проводили совещания, где задавали все тот же злосчастный вопрос: что делать? Потом писали гневные послания Рейгану. Выражали восхищение мужеством Арафата…, но сдержанно, «чтобы не понял это как совет стоять насмерть». А советские корабли продолжали стоять на месте.

На публике же разыгрывался такой спектакль.

Брежнев горько укорял Рейгана в пособничестве агрессору и требовал «в самом срочном порядке использовать имеющиеся у США возможности, чтобы не допустить продолжения истребления людей в Бейруте».

Рейган писал Бегину и предупреждал, что американо-израильские отношения будут поставлены под угрозу, если Израиль не прекратит «ненужное кровопролитие» в Ливане.

А Бегин отвечал ему с гордым пафосом: «Я чувствую себя, как премьер-министр, на которого возложена задача командовать доблестной армией у стен Берлина, где среди ни в чем не повинных мирных жителей прячутся в скрытом глубоко под землей бункере Гитлер и его подручные»".


The New York Times:

BEIRUT, Lebanon, Aug. 4

No place was safe in west Beirut today. Israeli gunboats blasted the shoreline from the Ain Mriesse hotel district in the north all the way to the Ouzai beachfront area in the south, while Israeli rocket and artillery fire was poured onto buildings, homes and offices everywhere in west Beirut.

Among the buildings hit by Israeli shellfire were the office of Prime Minister Shafik al-Wazzan, the Ministry of Information, the An-Nahar newspaper and the Beirut bureau of United Press International, which was gutted with a direct hit by an Israeli phosphorous shell.

The Bristol Hotel was hit by shellfire, as well as the Commodore Hotel, where most of the Western press corps is based. The Palestinian hospital in the Triumph Hotel and the Barbir Hospital, situated near the green line dividing the Christian, Israeli occupied, eastern half of the capital from the predominantly Moslem western half, both suffered artillery blasts, as did the Moscow Narodny Bank, the Soviet Embassy compound, the central bank and scores of apartment buildings along Hamra Street, the main west Beirut throughfare.

BEIRUT, Lebanon, Aug. 12

The Lebanese police said Israeli jets divebombed areas surrounding the Soviet Embassy compound in Corniche Mazraa and the oceanside residential neighborhoods of Rouche and Ramlet al Baida.


Александр Солдатов, "В воюющем городе":

"По советскому посольству израильская авиация и артиллерия с начала агрессии до середины сентября 1982 года выпустили более 70 бомб, снарядов, ракет и мин. Осколками от взрывов были поражены все здания на нашей территории. После одного ожесточенного ночного обстрела южной стороны посольства несколько снарядов разорвалось прямо перед окнами квартиры посла, окна в посольства были выбиты, а в стене с южной стороны образовалось около 300 пробоин и выбоин. Здание советского торгпредства, не защищенное деревьями с южной стороны, было разрушено 12 крупнокалиберными артснарядами за одни сутки особенно ожесточенного прицельного обстрела. Правительство Израиля не посчиталось с неоднократными протестами и требованиями прекратить обстрелы советского посольства, которые делались правительством СССР через правительство Финляндии. Оно всячески уклонялось от ответственности и выдвигало различные чисто формальные отговорки".


Моше Зак, "40 лет диалога с Москвой":

"8 июля Израиль снова заверил, что сделает всё возможное для предотвращения любых посягательств на посольство. Но 29 июля Советский Союз снова пожаловался на снаряды, задевшие его здание и здания, где размещены другие советские офисы. На этот раз жалобу сопровождал такой финал: "Советский Союз настоятельно предупреждает правительство Израиля, что оно понесет ответственность за свои действия".


Послание правительства Советского Союза правительству Израиля, переданное через посольство Финляндии, 29 июля 1982.

Израильское правительство немедленно ответило еще одним посланием в Москву, в котором еще раз подчеркнуло, что "АОИ были даны четкие указания ни при каких условиях не посягать на дипломатические представительства и другие офисы других государств, и разумеется, это указание распространяется и на советское посольство". Это послание было передано 30 июля, и казалось, что в советских предупреждениях наступило некоторое затишье. Но после входа АОИ в Бейрут 15 сентября, вследствие убийства Башира Джумайеля, снова возникли трения между АОИ и советским посольством, повлекшие резкий обмен посланиями между Москвой и Иерусалимом".


The New York Times:

BEIRUT, Lebanon, Sept. 17

Israelis Occupy Soviet Building

With resistance ended in the area, it was reported that Israeli troops had occupied a consulate building inside the Soviet Embassy compound on the Corniche Mazraa as a battle post since the early stages of their push into west Beirut. They were said to have withdrawn today after the Mourabitoun base was overrun.

(The occupation began Wednesday night, when about 60 Israeli soldiers in two armored personnel carriers smashed through a metal gate in the side wall of the embassy compound, Reuters reported, quoting Soviet sources.)

READINGTON TOWNSHIP, N.J. Sept. 17

When leaving a campaign stop in Flemington, President Reagan was asked to respond to a statement by the Soviet Ambassador to the United States, Anatoly F. Dobrynin, who said that the reported takeover of the Soviet Embassy in Beirut was an ''act of aggression.'' Mr. Reagan replied, ''You know those Russians; you can't believe anything they say.''


Александр Солдатов, "В воюющем городе":

"Используя как предлог убийство 14 сентября 1982 года президента Ливана Бешира Жмайеля в штаб-квартире командования организации «Ливанские силы», израильская армия открыла ураганный ракетно-артиллерийский огонь по всем жилым кварталам Западного Бейрута и утром 15 сентября вторглась в Западный Бейрут.

Вечером 15 сентября 12 израильских танков и более 20 бронетранспортеров с солдатами окружили советское посольство и захватили часть нашей территории, помещения клуба, школы и консульства, открыли пулеметный и минометный огонь по резиденции посла, по служебным помещениям и канцелярии посольства. Наши требования немедленно очистить территорию посольства захватчики встретили руганью, усилением стрельбы и угрозами застрелить на месте советских представителей. Только после официального протеста через Москву правительству Израиля к вечеру 17 сентября нам удалось очистить территорию посольства. Помещения мы нашли сильно загрязненными и обворованными".


Моше Зак, "40 лет диалога с Москвой":

"16 сентября посольство Финляндии передало в МИД в Иерусалиме послание от правительства Советского Союза с жалобой на вход солдат АОИ в офисы и жилые помещения советского посольства в Бейруте 15 сентября. "Эти израильские действия являются еще одним нарушением принятых в международном праве норм, и мы не можем не рассматривать их как враждебные действия против Советского Союза", - было сказано в советском послании. Правительство Советского Союза заявило, что возлагает ответственность за произошедшее на правительство Израиля, и призвало его приказать своим солдатам немедленно отступить из двора советского посольства в Бейруте.

Выяснение, проведенное МИДом в штабе АОИ, показало, что израильские солдаты действительно вошли на территорию посольства, но вышли оттуда спустя полчаса. Они вошли в жилые помещения в поисках укрытия от огня, но вообще не вторгались в советские офисы. Ответ Израиля в таком духе был передан Советам через посольство Финляндии 17 сентября, и его сопровождало "выражение сожаления о непреднамеренном техническом посягательстве на дипломатическую территорию и жилые помещения", с подчеркиванием, что данные солдатам указания включают сохранение особого статуса дипломатических представительств.

Вопреки заявлению Израиля, что израильские солдаты оставили двор советского посольства, правительство Советского Союза направило 18 сентября еще одно послание Израилю, с жалобой, что солдаты АОИ отказываются освободить здание. В послании было сказано:

"Израильские военные подразделения отказываются освободить территорию советского посольства в Бейруте. Более того, они стреляют из здания посольства и таким образом привлекают ответный огонь по зданию посольства. Жизнь советских граждан подвергается опасности, и наносится ущерб советскому имуществу. Правительство Советского Союза категорически протестует и призывает к немедленному израильскому отступлению с территории советского посольства в Бейруте".

Израильское правительство снова извинилось в своем ответе за вторжение солдат АОИ на территорию посольства и заверило, что солдаты получили указание освободить здание. Но советский МИД не успокоился, и еще 25 сентября продолжил бомбардировать Израиль посланиями с жалобами. В последнем послании Советский Союз обвинил Израиль в том, что он лжет, когда заявляет, что израильские солдаты оставили здание в течение получаса, тогда как на самом деле они находились в нем больше 48 часов. Советы также опровергали израильское заявление, что солдаты якобы не вторгались в офисы, тогда как они захватили офисы консульского отдела и разместили в них огневые точки, привлекавшие ответный огонь. Несмотря на резкий стиль послания, в нем больше не было угроз, а была просьба, чтобы правительство Израиля приняло меры для сохранения неприкосновенности советских учреждений в Бейруте. Израильский ответ, переданный через посла Финляндии 6 октября 1982, был финалом этой истории: Израиль снова заверил, что у него нет и не было намерения посягать на советское посольство в Бейруте, и выражал сожаление, если ненамеренно произошло какое-либо посягательство".


Олег Гриневский, "Сценарий для третьей мировой войны":

"Захват советского посольства

Сообщение о кровавой резне в Бейруте [Сабра и Шатила] особых эмоций в Москве не вызвало. Развитие событий в Ливане явно вело к этому, а в гражданской войне стороны давно уже потеряли человеческий облик. Таковы, к сожалению, были ливанские реалии того времени.

Но настоящий шок вызвало сообщение: израильские войска ворвались в советское посольство в Бейруте. Посольство телеграфировало, что 15 сентября около 10 вечера группа израильских солдат проникла через забор на территорию советского посольства и заняла помещения консульства, клуба и школы. Угрожая открыть огонь, они потребовали, чтобы никто не выходил из посольства в течение ночи.

Такого еще не случалось. В ходе боев снаряды и мины иной раз разрывались на территории посольства. Но жертв не было. Еще в начале июня из Бейрута были срочно эвакуированы 175 сотрудников советских учреждений в Ливане и членов их семей — в основном женщины и дети.

Подозрения за эти обстрелы падали на Израиль, хотя прямых доказательств не было. Да и вообще трудно было установить, кто стрелял. Поэтому ограничивались протестами, которые передавались в основном через МИД Финляндии — она в те годы представляла интересы СССР в Израиле. Но израильское руководство отрицало свою вину за эти обстрелы и заверяло, что «у израильской армии никогда не будет никакого намерения в будущем посягнуть на абсолютную неприкосновенность дипломатического представительства Советского Союза». Этим дело и ограничивалось, и в печать ничего не попадало.

Теперь же творилось нечто из ряда вон выходящее. Утром поступила другая, еще более ужасная информация: два БТР Израиля взломали ворота посольства и въехали на его территорию. В рабочих помещениях установлены огневые средства, ведется огонь. Протесты посла проигнорированы. Перед входом в посольство израильские солдаты устроили открытую уборную.

Сразу же последовал перезвон по «вертушкам» — все были возмущены до крайности. Но возникал проклятый вопрос: что делать? — и тут единства не было. На совещании у Громыко в то утро его первый заместитель Корниенко так докладывал ситуацию:
— Действия Израиля нарушают все нормы международного права. Когда палестинцы совершили покушение на израильского посла в Лондоне, Бегин заявил: нападение на израильского посла — это нападение на Израиль. Мы должны действовать аналогичным образом: нападение на советское посольство равнозначно нападению на Советский Союз. Возникает вопрос, не следует ли нам придвинуть советские военные корабли из Латакии к территориальным водам Израиля. Но вот только где их остановить?

Аналогичные и даже более радикальные меры разрабатывались в Генштабе. Предлагалось, в частности, сделать заявление, в котором объявить, что нападение на советское посольство в Бейруте равнозначно объявлению войны Советскому Союзу. Если в течение трех часов израильские войска не покинут территорию посольства, то соответствующие военные меры будут предприняты в отношении Тель-Авива. Предупредить гражданское население и иностранные посольства о необходимости покинуть город в течение 48 часов с момента опубликования этого заявления. В последующем, в случае нападения Израиля или обстрела им советского посольства, соответствующие меры будут предприниматься без предупреждения.

— Нам не нужно будет приводить в исполнение эту угрозу, — горячились ее сторонники. — И ракет запускать не придется. Достаточно сделать такое предупреждение, как израильтяне наложат в штаны. В Тель-Авиве начнется паника, израильтяне на пушечный выстрел не подойдут к нашему посольству. Скорее всего, они вообще уберутся из Бейрута — им будет уже не до войны в Ливане. Израиль подарил нам шанс без войны коренным образом изменить в нашу пользу ситуацию на Ближнем Востоке. А мы все мямлим! Американцы на нашем месте давно бы уже ударили.

Но Громыко не проявил к этим радикальным мерам никакого интереса. Брежнев и его ближайшее окружение были уже неспособны к каким-либо решительным шагам. Сомневаюсь, что ему даже докладывали такой замысел. Андропов загадочно ушел в тень, хотя по отдельным косвенным сигналам можно было судить, что он бы и не прочь… Только Громыко занял твердую линию:
— Нам не следует акцентировать внимание на этом эпизоде, — сказал он. — Просто направить по дипломатическим каналам протест. А в пропаганде заострить внимание на том, что в Бейруте творится геноцид, текут реки крови, убивают людей — женщин и детей — только потому, что они палестинцы. Нужно подготовить Заявление ТАСС по этому поводу и послания Брежнева Рейгану и Арафату.

Пока писали эти документы, из Бейрута поступило сообщение, что наш консул вступил в контакт с израильским офицером. При нем было еще трое солдат. Все они говорили по-русски. Один из солдат полтора года назад выехал из Молдавии.

Это сообщение вызвало новый взрыв страстей. Рассказывают, что Андропов так отреагировал на него:
— Что же получается? Мы живем с этими людьми бок о бок, наши дети вместе ходят в школу, играют, дружат, а потом они уезжают и врываются в наш дом с автоматом наперевес.

Масла в огонь подлил неуклюжий ответ израильского правительства на советский протест. В нем приносились извинения за вторжение в советское посольство, но говорилось, что израильские солдаты пробыли там всего полчаса, укрываясь от обстрела.

— На войне, конечно, все случается. Но зачем же врать? — ворчали в Москве.

После этого последовали меры по ужесточению эмиграции евреев из Советского Союза".


The New York Times:

MOSCOW, Sept. 27

In the hue and cry over the massacre in Beirut's Palestinian camps, few voices have sounded as shrill and furious as Moscow's.

In statements by Soviet leaders and in the press, the killings have been likened to the Holocaust, unborn generations of Israelis have been damned to suffer the scars of the heinous crime and Washington has been held to account as an accomplice.

To Western diplomats, however, the polemics have only underscored Moscow's apparent helplessness before the rout of its Arab clients and in the diplomatic aftermath and even against the impudent Israeli side trip through the Soviet Embassy compound in West Beirut.

After years of funneling arms to Syria and the Palestine Liberation Organization and of maneuvering for the role in a Middle East settlement that Moscow considers its birthright as a superpower, Leonid I. Brezhnev seemed capable of little more than reminders to Arab leaders of past Soviet support and of telegrams to Yasir Arafat cautioning against American motives.

To some Western diplomats, the sight of Russians sidelined in the Middle East conjured up images of an aged leadership incapacitated by a stagnant economy at home, locked into bankrupt policies and extravagantly expensive ventures abroad, relegated to venting impotent rage and poking through the rubble of Beirut for political advantage.


***


Насчет "После этого последовали меры по ужесточению эмиграции евреев из Советского Союза" – на самом деле ужесточение начали еще в 1980 из-за Афганистана, "доктрины Картера" и бойкота Олимпиады, когда предолимпийские послабления были уже не нужны, а в 1981 ужесточили еще больше из-за подписания Израилем и США оборонного меморандума о взаимопонимании и общего дальнейшего ухудшения советско-американских отношений уже при Рейгане. Поэтому в конце 1982 в абсолютных числах ужесточать было почти нечего: если в 1979 выехало больше 50 тысяч, то в 1980 – больше 20 тысяч, в 1981 – меньше 10 тысяч, в 1982 – около двух с половиной тысяч, в 1983 – меньше полутора тысяч, в 1984 – меньше тысячи. Но если в процентах, то конечно ужесточение.

На ворчание "На войне, конечно, все случается. Но зачем же врать?" самым дипломатичным ответом было бы дружеское "бугага". Зачем же врать на войне, спрашивают редакцию читатели из Москвы.

А эпизод с захватом помещений: ну зашел молдаванин с друзьями проверить, остался ли еще чай после Арафата, и сразу переполох. Вон маршал Ахромеев в 1983 при очередном израильско-сирийском ракетном кризисе предлагал нанести ядерный удар по Димоне, и Громыко послал Гриневского дипломатично объяснить, что они там в генштабе с ума посходили, и ничего, дело житейское. А тут что ж, и чаю уже не выпить. Ну ладно, дипломатия все-таки, неприкосновенность. У всех своя работа, в конце концов, у военщины одна, у МИДа другая.

В общем, вот такая была история.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 31 comments